![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Тут я внезапно понял, зачем и куда мы летели. Мы прилетели в армянские края, где армяне, в корабле казавшиеся крохотными, приобретали свой истинный вид.
Передо мной была местность, вся покрытая огромными армянами. Они сидели кругами, ели прхэц и пили прхэц из огромных кубков. Некоторые кубки были столь велики, что я мог бы в них поместиться. Армяне же были и вовсе громадны, некоторые уходили в облака и их было не видно. Я посмотрел на небо – оно было тёмным - и увидел, что из темноты свисают седые армянские бороды. Сверху доносилось тяжёлое, грозное «прхэц! прхэц!».
Передо мной была местность, вся покрытая огромными армянами. Они сидели кругами, ели прхэц и пили прхэц из огромных кубков. Некоторые кубки были столь велики, что я мог бы в них поместиться. Армяне же были и вовсе громадны, некоторые уходили в облака и их было не видно. Я посмотрел на небо – оно было тёмным - и увидел, что из темноты свисают седые армянские бороды. Сверху доносилось тяжёлое, грозное «прхэц! прхэц!».
Ниже- приведена цитата некоего Павла Далакяна, находящегося, что характерно, в Москв
На деле, однако, тысячелетние отношения «отца и сына» армян и русских несут в себе иной посыл.
Нет, вы оцените: отца и сына, армян и русских!
Но речь сейчас не об этом, а о праве и в то же время ответственности армян судить о российском государственном интересе вообще. Забота о России – священный долг всех армян, независимо от подданства и места проживания. Таков выбор армян с 860 года, когда не было еще ни святой Руси, ни собственно русских.
От так от, мама!
no subject
no subject
no subject